Рецепты народной медицины корень одуванчика

Наталию БУДУР чаще всего теперь упоминают в связи со 150-летним юбилеем Гамсуна, биография которого благодаря ей впервые появилась на русском языке и издана в серии «ЖЗЛ». За эту, а также за свои новые книги — про викингов, знахарей и колдунов Наталия Валентиновна награждена премией имени А. С. Грибоедова . Всего же у нее около 20 книг по истории и фольклору Скандинавии и России. Много лет она занимается исследованием сказок, с которых и начался наш разговор.

— Наталия Валентиновна, вы изучали сказки и мифы разных народов. Почему уходящий корнями в глубокую дохристианскую древность сказочный жанр столь живуч и востребован?

— Феномен сказки, скорее всего, в идее высшей справедливости. Ее символика оставалась не протяжении веков неизменной, как неизменны проблемы человеческой жизни. Там зло наказано и пресечено, добрые силы торжествуют, лягушка превращается в восхитительную царевну, а гадкий утенок — в прекрасного лебедя. В сказке происходит то, о чем мечтает каждый из нас, причем волшебным образом и без особых усилий. И излагается это очень ясным языком. Поэтому сказки — первое, что читают или рассказывают ребенку в любые времена. Хотя это совершенно не «детские» тексты. Юнг считал, что сказка — своего рода сон, «театр, в котором смотрящий сон является актером, суфлером, режиссером, автором, зрителем, критиком». Любопытно, что в своем первозданном виде сказки буквально кишат «жестокостями». Весьма примечательны в этом отношении сказки немецкие: в оригинальном варианте сестрам и мачехе Золушки голуби выклевывают глаза, а чтобы нога влезла в туфельку, несчастным девицам отрезают пятку и большой палец. Самая древняя (1200 год до н. э. ) известная человечеству древнеегипетская сказка «Два брата» содержит мотивы самокастрации, убийства и расчленения мертвого тела. При этом дети обожают жуткие сказки. В начале ХХ века психологами описан «классический» случай, когда трехлетняя девочка при первом знакомстве с «Красной Шапочкой», где, как мы знаем, страшный волк съедает и внучку, и бабушку, очень испугалась, но вскоре родители заметили у малышки неподдельный восторг при рассказах о сером волке. Ученые объясняют это тем, что угрожающие, но со счастливым концом сказочные ситуации подсознательно помогают преодолеть детские страхи: боязнь чудовищ и диких зверей, страх потеряться, поступить дурно, быть наказанным. Переживая их, ребенок готовит себя к жизненным испытаниям. Не зря опытные психоаналитики часто используют в практике именно сказку. И такое лечение дает хорошие результаты.

— На «Сказочную антологию» (цветная книга большого формата, где сказки сопровождаются классическими иллюстрациями художников разных стран) и «Сказочную энциклопедию», вобравшую понятия о литературной и авторской сказке, фольклористах, основных персонажах и сюжетах, ушло несколько лет. Работали над этим проектом 10 человек, и мы отлично ладили друг с другом. Постоянно всплывали любопытные детали: к примеру, что Мальвина из «Золотого ключика» на самом деле в оригинале Коллоди фея, поэтому-то у нее голубые волосы; что сказка П.Бажова «Малахитовая шкатулка» впервые напечатана не как авторское произведение, а как обработка народной уральской сказки; что с именем Дж. М. Барри, создателя «Питера Пэна», связаны изменения в законе об авторских правах Британии. Потому что все свои авторские гонорары за «Питера Пэна» писатель передал лондонскому детскому госпиталю, и, когда в 1987 году срок авторских прав истек, парламент специальным законом утвердил за правами «Питера Пэна» бессрочный статус, выражая тем самым благодарность писателю за его великодушие и т. д.

— «Сказочной антологии» и «Сказочной энциклопедии» предшествовал проект, состоящий из трех трехтомников (в сказке действует закон утроения и 9 — волшебное число): «Мифы и легенды народов мира», «Сказки народов мира» и «Литературные сказки народов мира». Мой любимый трехтомник — «Сказки народов мира», поскольку при его рождении состоялись поистине редкие находки, в частности, «нарытые» в «Историчке» «Сказки цыган» в переводе Николая Куна — того самого, что пересказал «Мифы и легенды Древней Греции». А еще мы узнали любопытнейшие сказки народов Австралии и Полинезии, сказки европейских собирателей фольклора и совершенно неслыханные шаманские сказки народов нашего Севера, которые мне лично нравятся больше всего. Там встречаются невероятные персонажи, например, людоед Силавун, поразивший меня своей внешностью: вместо ноги у него вертел, вместо головы — молоток, вместо рук — клещи, а вместо груди — кузнечные мехи. Питается он исключительно женскими языками, спит в деревянном корыте. И оказывается, мошкара, оводы и комары появились на свет именно из пепла этого чудища. В XIX веке шаманские сказания записали прекрасные этнографы Вера и Николай Харузины, и с начала XX века они нигде не публиковались. Ничего более удивительного я не читала.

— Первые драгоценные камни описаны в Библии, где сказано о двенадцати плоских, овальных, укрепленных в филигранных золотых «гнездах» камнях наперсника (полотняная сума) первосвященника. Вообще же с камнями связаны настоящие мистические истории. С древности известно, что, несмотря на всю свою твердость, алмаз одновременно так хрупок, что его можно растолочь в мельчайший порошок — бриллиантовую пыль. И это свойство камня активно использовалось в магии, поскольку истолченный кристалл, добавленный в еду, считался смертельно опасным. «Ядовитость» бриллианта объяснялась в легенде о его происхождении, по которой алмаз рождается в долине, где шесть месяцев ночь, шесть месяцев — день. Охраняют ее змеи. Проползая через острые камни, они ранятся и отравляют бриллианты своим ядом. Существует легенда, что турецкого султана Баязета Второго (1447 — 1512) привел к смерти бриллиантовый порошок, подмешанный ему в еду сыном Селимом. Ученики известного врача и мага Парацельса также говорили, что ученый умер от дозы алмазной пыли. Подобная история приключилась и с художником эпохи Возрождения Бенвенуто Челлини (1500 — 1571). Заключенный в 1538 году в римскую тюрьму, он все время ждал, что враги и завистники его отравят. И — о ужас! — однажды вечером во время трапезы Челлини услышал хруст на зубах и заметил на тарелке блестящую пыль. Художник затрепетал, пал на колени и стал молить Господа спасти его от неминуемой смерти. После часа истовой молитвы Бенвенуто вдруг подумал, что даже не исследовал странный порошок, а, попытавшись растолочь его рукояткой ножа, понял, что это что угодно, только не бриллиантовый яд. Позднее выяснилось, что враги его действительно отдали настоящий алмаз некоему ювелиру Лиону Аретино, однако тот был столь беден, что заменил дорогостоящий алмаз цирконом. Это обстоятельство спасло Челлини… Легенды окутывают не только сами камни, но и единицу их веса — карат, равный 1/5 грамма. На Востоке его связывают с семенами акации. Среднее семя по весу приблизительно равно 1 карату, да и само слово образовано от греческого названия этого дерева и означает «маленький рог» — из-за формы стручков. У греков семя акации служило гирькой.

— В моей книге нет тайных рецептов и снадобий, это не «руководство» на тему колдовства и знахарства на Руси. Я лишь подняла архивы судебных дел против ведьм, не публиковавшиеся с 1917 года, использовала этнографические записи российского мецената, князя Тенешева, который собрал богатейший материал о том, как лечили людей земские врачи и знахари. Привожу народные былички, предания, сказки, дневники врачебной практики XIX века. Все это я выискивала и подбирала много лет. Меня буквально потрясло то, насколько консервативна наша официальная медицина. Так настойка ландыша была введена в практику только профессором Бехтеревым, а до этого считалась вредоносной. Как, впрочем, и массаж, признанный лишь в 50-е годы ХХ века. Основной мой посыл: колдуны творили зло, а знахари были первыми врачами. Не нужно быть суеверным, бояться примет, надо пробовать постичь их и уяснить, что «не так страшен черт, как его малюют». Отчасти книгу можно назвать объяснением гоголевских «Вечеров на хуторе близ Диканьки». Я очень веселилась, когда делала свод народных названий частей тела и болезней. Мало кто догадается, что дыхало — это гортань, вздохи — область груди, крыльца — лопатки, хвостик — копчик, а салазки — это нижняя челюсть, и после деревенских праздников нередко говорили: «Ему свернули салазки». А подагру, как ни странно, называли «жемчужной болезнью».

— Погружена в абсолютно другую эпоху, жестокую и яркую: заканчиваю монографию об инквизиции — для той же молодогвардейской серии «Повседневная жизнь».