Напиток из корень одуванчика

Напиток из корень одуванчика

«Многие американцы не имеют понятия о том, как много вещей, которые мы считаем основополагающими для нашей страны, на самом деле возникли только в 1920-е годы и во времена Великой Депрессии, — говорит Сара Черчуэлл, профессор американской литературы и гуманитарных наук в Университете Восточной Англии, автор хорошо принятой книги «Беспечные люди. Убийство, членовредительство и создание „Великого Гэтсби“». — Когда Френсис Скотт Фитцджеральд, дальний родственник Френсиса Скотта Ки, в честь которого он и был назван, задумал „Великого Гэтсби“ в 1922 году, в котором и разворачивается действие романа, в Америке все еще шли споры, нужен ли ей национальный гимн». Хотя «Знамя, усыпанное звездами» и было явным фаворитом, против него, указывает Черчуэлл, яростно выступали в определенных кругах, особенно активисты движения за умеренность. (Их стараниями была принята 18-я поправка к Конституции США о запрете всех напитков крепостью выше 0,5%, вступившая в силу 16 января 1920 года. Это ознаменовало начало эпохи „сухого закона“, отмененного в декабре 1933 года при президенте Франклине Рузвельте. — Ред.)

У американцев это одна из самых любимых песен. При этом национальный гимн США имеет весьма колоритное прошлое. Исторические изыскания провела корреспондент BBC Culture.

Дождливой ночью 13 сентября 1814 года 35-летний американский адвокат по имени Френсис Скотт Ки наблюдал за тем, как британские ядра и зажигательные бомбы градом сыпались на Форт Макгенри в гавани Балтимора. Война 1812 года бушевала уже полтора года, и адвокат Ки вел переговоры об освобождении американского пленного (это был его друг доктор Уильям Бинс). Опасаясь, что ему известно слишком много, британцы держали его на борту своего корабля, на котором и шли переговоры, стоявшего на якоре в восьми милях от берега. С наступлением ночи Ки увидел, как небо окрасилось багровыми сполохами пламени. Мощь огня британских корабельных орудий внушала мысль о том, что их триумф не за горами. «Казалось, что мать-земля разверзла свои недра и стала изрыгать ядра и бомбы, словно потоки огня и серы», — вспоминал он. Однако когда 14 сентября дым рассеялся при свете утренней зари, Ки с восторгом и облегчением увидел, что над фортом по-прежнему реет флаг США, а не британский «Юнион Джек».

(Незадолго до битвы при Форте Макгенри, в конце августа 1814 года, британские войска взяли Вашингтон и сожгли Белый дом и Капитолий. Президенту Джеймсу Мэдисону со всей администрацией и женой Долли пришлось спасаться бегством — ред.)

Согласно документам, содержащимся в анналах Смитсоновского института в Вашингтоне, хранящего в числе многочисленных исторических реликвий самое первое усыпанное звездами знамя, Ки был так потрясен и вдохновлен открывшимся ему зрелищем, что описал увиденное в поэтических строфах. Позже он показал стихи своему зятю Джозефу Эйч Николсу, который командовал ополчением, оборонявшим Форт Макгенри. Тот указал автору, что слова идеально ложатся на мелодию популярной английской песенки, написанной в 1775 году британским композитором Джоном Стаффордом Смитом. Написанная им «Песнь Анакреона» (по имени древнегреческого поэта-лирика), или «Анакреон на Небесах», служила шуточным гимном клуба джентльменов-меломанов в Лондоне. (Членами клуба были автор знаменитого «Словаря английского языка» Сэмюель Джонсон и основатель Королевской Академии художеств сэр Джошуа Рейнольдс — Ред.) В начале XIX века «Песнь Анакреона» пересекла Атлантику и стала весьма популярной в Новом Свете.

Творение Ки произвело такое сильное впечатление на Николсона (и членов его семьи), что он немедля отнес его в типографию в Балтиморе, где стихи были отпечатаны на листовках — под названием «Оборона Форта Макгенри». В листовках содержалось указание, на какую мелодию следовало исполнять слова. Газета Baltimore Patriot вскоре перепечатала стихотворение, а еще через несколько недель «Знамя, усеянное звездами» (такое название вскоре закрепилось за ним) разошлось по всей стране, обессмертив имя Френсиса Скотта Ки и воспетый им флаг, ставший впоследствии исторической реликвией.

Слова, берущие за душу

В 1889 году «Знамя» стало официальной песней Военно-морских сил США, а в 1904-м ее процитировал Джакомо Пуччини в опере «Мадам Баттерфляй». Первые два такта — это прямая цитата, которая представляет лейтенанта Бенджамина Пинкертона в арии Dovunque al mondo il yankee vagabond («Янки-скиталец»), тогда как первые слова «Знамени» — «о, скажи, видишь ты в первых солнца лучах. » — позже звучат в ариях как Пинкертона, так и Мадам Баттерфляй, то есть самой Чио-Чио-Сан.

В начале XX века, казалось, ничто не могло противостоять обаянию этой песни. Она приобрела такую популярность, что к 1916 году существовали десятки различных версий, и поэтому президент Вудро Вильсон попросил Бюро народного образования США подготовить официальное издание этого произведения. Чиновники в свою очередь обратились за помощью к пяти музыкантам — Уолтеру Дэмрошу, Уиллу Эрхатру, Арнольду Джей Гантвурту, Оскару Зоннеку и Джону Филипу Сузе. Первое исполнение стандартизованной версии состоялось в Карнеги-Холле в декабре 1917 года. Однако только в 1931 году «Знамя, усеянное звездами», согласно принятому Конгрессом закону, подписанному президентом Гербертом Гувером, получило официальный статус национального гимна США.

Тот факт, что это произошло относительно недавно, может вызвать изумление у многих из тех, кто воображает, что гимн уходит корнями куда глубже в историческое прошлое. Однако это незнание может оказаться симптомом куда более распространенного явления.

«Многие американцы не имеют понятия о том, как много вещей, которые мы считаем основополагающими для нашей страны, на самом деле возникли только в 1920-е годы и во времена Великой Депрессии, — говорит Сара Черчуэлл, профессор американской литературы и гуманитарных наук в Университете Восточной Англии, автор хорошо принятой книги «Беспечные люди. Убийство, членовредительство и создание „Великого Гэтсби“». — Когда Френсис Скотт Фитцджеральд, дальний родственник Френсиса Скотта Ки, в честь которого он и был назван, задумал „Великого Гэтсби“ в 1922 году, в котором и разворачивается действие романа, в Америке все еще шли споры, нужен ли ей национальный гимн». Хотя «Знамя, усыпанное звездами» и было явным фаворитом, против него, указывает Черчуэлл, яростно выступали в определенных кругах, особенно активисты движения за умеренность. (Их стараниями была принята 18-я поправка к Конституции США о запрете всех напитков крепостью выше 0,5%, вступившая в силу 16 января 1920 года. Это ознаменовало начало эпохи „сухого закона“, отмененного в декабре 1933 года при президенте Франклине Рузвельте. — Ред.)

Джон Филип Суза провозгласил, быть может, несколько буквально: «дух музыки — вот источник вдохновения». В известном смысле это справедливо и в отношении берущих за душу слов Ки: остряки нередко шутят, что нужно порядочно принять на грудь, прежде чем запеть гимн.

Американская мечта

Адепт так называемой христианской науки, учения Церкви Христа-ученого, Огаста Эмма Стетсон, построившая здание Первой церкви христианской науки в западной оконечности Центрального парка в Нью-Йорке, 20 июня 1922 года поместила на правах рекламы в газете New York Tribune примечательный (и гигантский по объему) текст. Он был озаглавлен: „Знамя, усеянное звездами“ никогда не сможет стать нашим национальным гимном».

Названный текст толкует о «жутких, не поддающихся исполнению каденциях», которые никогда не смогут выразить «духовные идеалы, на которых зиждется нация». («Мало того, что музыка была написана не американцем, — указывает Черчуэлл, — так еще и по содержанию это была непристойная чувственная песня для пьяных застолий»). «Никогда, — гремела праведным гневом статья в New York Tribune, — не мог бы Конгресс узаконить и никогда не узаконит в будущем гимн, возникший как порождение самых низменных человеческих инстинктов». Далее следовало грозное предупреждение: «Господь не допустит этого».

Но у Конгресса было другое мнение на этот счет. «Знамя, усеянное звездами» стало национальным гимном Америки в 1931 году, через два года после биржевого краха, когда американцы нуждались в возрожденной вере«, — говорит Черчуэлл. Она напоминает, что в том же году слова «американская мечта» стали национальным символом веры, благодаря книге Джеймса Траслоу Адамса под названием «Эпос Америки». Взаимосвязь, по ее словам, бросается в глаза.

«В общем, я полагаю, что американцев побуждают думать, что все, имеющее отношение к нашей стране, теряется в дымке времен и выходит за пределы истории. Это — ключевой аспект „американской мечты“, и именно то, чем Фитцджеральд наделил своего героя Гэтсби — идеей о том, что наша история постоянно тащит нас назад, но мы этого не понимаем».
«Знамя, усеянное звездами» и хит-парад звезд

Джимми Хендрикс и его живое выступление в Вудстоке в 1969 году, когда его электрогитара сошла с ума (дело было в утром понедельник 18 августа).

Кантри-группа Lady Antebellum, обладатели Грэмми, своей необыкновенно гармоничной серенадой заворожила толпы зрителей во время мировой серии бейсбольной лиги в 2010 году.

И уж коль скоро речь зашла о гармонии, это выступление может показаться не то чтобы очень выдающимся. но взгляните на этих парней! Быть может, оно — самое трогательное из всех?