Корень одуванчика от рака рецепт

На выборах 2000 года к власти приходит единый кандидат от всех оппозиций Юлий Лебединский. Бессильный и безвластный, он окончательно распускает страну. Единственный его государственный интерес — телекоммуникационные проекты — вызывает к жизни специальную военизированную спецслужбу «Президентскую гвардию защиты промышленных интересов России», или «Промгвардию». По мере утраты контроля над «Промгвардией» в России вводится также «Народный контроль» (род вооруженных отрядов самозащиты); гражданам разрешается свободное ношение оружия.

Чаще всего ошарашенные профи пытались понять, что же с ними произошло, почему норовистая лошадь государственного капитализма выбросила их из седел. Одни спорили на кухне с друзьями, другие разрабатывали более совершенные методы вывода денег из-под бдительного ока государства, иные находили смысл в системном анализе перспектив российского общества и государства. Составилось множество аналитических проектов и групп (из интересных — «Россия XXI. Рецепт экономического роста», см. www.russia21.org.ru)

Но даже на этом фоне появление книги «Сценарии для России», выпущенной «Некоммерческим партнерством менеджеров и предпринимателей «Клуб 2015», стало неожиданностью. Такое использование результатов работы не пришло в голову более никому. Как и положено во всяком политологическом сценарии, предложены три варианта: наихудший, наиболее вероятный (здесь названный «не очень плохим») и наилучший. Готовила их сценарная группа почти из 100 человек, список которых, помещенный в книге, впечатляет своим разнообразием: на одном сценарном поле сошлись Сергей Караганов, Отто Лацис, Александр Митта, Владимир Рыжков, Евгений Ясин, Григорий Остер (!). Версии изложены в виде увлекательного и доступного массового чтения: двух повестей и телесценария. Худший вариант олитературил Александр Кабаков (уже имеющий опыт антиутопий), наиболее вероятный (или «не очень плохой») — драматург Александр Гельман, идеальный — публицист Денис Драгунский. Массовой доступности способствует и вполне приличный по нынешним временам тираж в 10 тысяч экземпляров.

Повесть Кабакова называется «Приговоренный (Невозвращенец — II)». Ее герой получает Нобелевскую премию по экстраполяции за точный прогноз общемирового развития. Результаты этих ловко предсказанных некогда процессов ужасны: «Поперек стена, река перегорожена стальными сетями — Восточный Париж, бывший Rive gauche, и Западный, бывший droit, по беглецам на Запад стреляют без предупреждения с Нового моста. А Британия? Две независимых Ирландии воюют друг с другом и объединяются только против Лондона, в Королевстве Шотландии и Северных Островов гебридские сепаратисты недавно взорвали памятник Шону Коннери, валлийцы захватили Бристоль и жгут дома англичан, пакистанцы требуют автономного графства. «. Политический центр мира сместился на Юго-Восток, в «Большую восьмерку» входят Япония, Китай, Индия, Малайзия, Индонезия, Бразилия, Южно-Африканское королевство и Единое содружество Океании и Австралии.

Этот общемировой процесс начался с России, которая ныне поделена на бесконечное множество независимых государств, названия которых аббревиируются в волшебные созвучия. Чего стоит одна только Курско-Орловская Социалистическая Освобожденная Военная Область или Независимый Ленинградский Округ. А за ними — Вольный Коммунистический Пролетарский Брянск, Республика Восточная Сибирь и даже Законное Антиправительственное Единство Белоруссии. Во всех этих микрокняжествах к власти пришли военные и спецслужбы, прочно слившиеся с криминальными структурами. Вдобавок ко всему открытия альтернативных источников энергии обесценили нефть, остающуюся главным объектом международного торгового оборота России.

По совести говоря, этой повести стоило бы называться «Возвращенцем» — и потому, что главный герой возвращается в Московскую Россию из несколько более благополучной Швеции (премиальный чек по дороге, разумеется, отбирают эмиссары власти), и потому, что главные ужасы частной жизни, как их описывает Кабаков, страшно напоминают картины советского прошлого.

Телепьеса Александра Гельмана «Претендент» описывает предвыборные (2009) будни штаба будущего президента Олега Дубова. Правда, вместо Олега Петровича в предвыборных акциях участвует его двойник Владимир Михайлович Федянин. Когда личные обстоятельства сталкивают интересы реального Дубова c продвигающей его к власти тамбовской мафией, его и вовсе заменяют двойником. Криминальные авторитеты по-своему перестраивают власть в стране, выжигая каленым железом все остальные преступные группировки. Господствующей идеологией становится «срединный путь» — самодельная помесь капитализма с социализмом.

Наконец, самый подробный вариант — «Версия плюс» Дениса Драгунского. В этой повести, перемежающей описание неудачного военного переворота в России с письмами далекому африканскому другу, эмигрировавшему в 2000 году, 15 лет истории за тремя нулями изложены с изумительной скрупулезностью.

На выборах 2000 года к власти приходит единый кандидат от всех оппозиций Юлий Лебединский. Бессильный и безвластный, он окончательно распускает страну. Единственный его государственный интерес — телекоммуникационные проекты — вызывает к жизни специальную военизированную спецслужбу «Президентскую гвардию защиты промышленных интересов России», или «Промгвардию». По мере утраты контроля над «Промгвардией» в России вводится также «Народный контроль» (род вооруженных отрядов самозащиты); гражданам разрешается свободное ношение оружия.

Все это время в стране действует «Клуб», члены которого ориентированы не на сиюминутное политическое присутствие, а на глубинную проработку институтов гражданского общества. Постепенно от чисто внутренних задач (организация воскресных и вечерних школ и институтов переподготовки, создания региональных Клубов) они переходят и к внешнеполитическим задачам: ответственному обсуждению вариантов обслуживания внешних долгов и проведению внятной инвестиционной политики. В 2004-м президент Клуба Алексей Иванов становится Президентом России.

Это только начало (иные стадии тоже описаны) трудного пути, который тем не менее приводит к тому, что интегрированная в коалицию Демократического Севера Россия уже к 2015 году выходит в лидеры общемирового развития. Теперь в ней «не осталось мест, где не было бы приличной шоссейки, отделения связи, банковского терминала и «Русского бистро». Даже монархию восстановили, но больше для исторической преемственности: царь царствует, но не правит.

«Самобытники» пытаются было захватить власть, но у них ничего не выходит. Пятнадцатидневный мятеж подавлен аккуратно и без особых жертв. Самобытников жаль. Они неудачники и истерички. Всем остальным — счастье.

Если сбросить со счетов некоторый схематизм изложения, усиливающийся при пересказе (получилось что-то уж чересчур напоминающее три части «Незнайки» — социалистическая «..и его друзья», дико-капиталистическая «. на Луне» и коммунистическая «. в Солнечном городе»), то выходит вполне складная разработка по всем правилам. Берется точка бифуркации (историческая «вилка», по-русски говоря), расположенная где-то между 2000-м и 2008 годом, и аккуратно излагается, что будет, если пойдет так, а что, если эдак. Что-то определенное должно получиться к 2015-му (что отражено и в названии клуба). Особенность ситуации лишь в том, что такого рода сценарные разработки традиционно заказываются и оплачиваются конкретной институцией, заинтересованной в наиболее ясном понимании происходящего. Дальше заказчика аналитические записки этого рода почти никогда не расходятся (исключения штучны). Здесь же вопрос о заказчике становится одним из самых значительных.

Никем не заказанные, приведенные к общедоступной литературной форме, тексты сами конструируют своего читателя, определяют его. «Для начала было решено попробовать понять самим и рассказать согражданам, что ожидает наше отечество в ближайшие 15 лет» — сформулировали свою задачу участники сценарной группы. Книга должна стать тем кристалликом, вокруг которого в перенасыщенном растворе формируется великолепная друза. Имя ей — гражданское общество, и в этой стране ее никогда не видели.

Как знать, быть может, и впрямь «менеджеры и предприниматели» могут помочь ему сорганизоваться. И только привычный русский пессимизм подсказывает: для этого нужно еще два-три мировых финансовых кризиса.

Источник: http://www.ng.ru/izdat/1999-11-25/1_2015ru.html