Инструмент для удаления корней одуванчика

Инструмент для удаления корней одуванчика

Я счастлива: еду на любимую дачу! — ликовала Майя, сидя рядом с мужем в машине. Она восторженно разглядывала мелькавшие и справа, и слева изумрудные ели, березы, кустарники и нежную придорожную, не успевшую припорошиться пылью, молодую весеннюю траву.

Да здравствует мой любимый месяц май! Да здравствует День Победы! – скандировала в душе Майя, у которой день рождения приходился на май. Они ехали,чтобы открыть дачный сезон и отметить великий праздник. Хотя дача появилась у них давно, Майя пахала , по ее словам, как ломовая лошадь , поэтому бывала там редко, что крайне ее огорчало.

Победные светлые праздники с шашлыками, раками с укропом, водкой и пивом, пронеслись со скоростью фронтовых пуль. Можно я останусь на даче? – спросила Майя мужа, ни секунды не сомневаясь, что он возражать не станет.

И осталась. Совершенно одна: все дачники были работающими людьми и умчались в Москву добывать деньги. Правда не уехала ее 88-летняя соседка Нина Арсеньевна, которая уже плохо видела, со своего участка никуда не выходила и Майино уединение ничем не могла нарушить. Разве что старинными русскими романсами, которые она исполняла по нескольку раз в день. Пела изумительно, ее мать хоть и работала прачкой, отвела маленькую Ниночку на прослушивание к Руслановой, которая поставила ей голос бесплатно.

Еще зимой, а это была первая в жизни Майи зима, когда наконец-то не надо было ездить на работу, она твердо решила заняться наведением порядка в своем «компике».

Мой «компик» переполнен, его память перегружена ненужной информацией, он уже просто зависает, надо его почистить – улыбаясь, думала она. «Компиком» Майя любовно называла свою … память, которая хранила ее прошлое. Майя считала, что хранилище под названием память именно за годы ее напряженной и ответственной работы превратилось в, захламленный лишним барахлом, склад.

За много десятилетий Майина память собрала столько ненужной информации, что настал час избавления от ненужного. Майя столько пережила и передумала, что намеревалась, работая на своем «компике», нажимать только одну клавишу Delete.

Процесс очищения начался. Для связи с внешним миром у нее был мобильный, который она включала, лишь, когда звонила сама. Все остальные средства получения информации были исключены из её жизни.

Начало было не простым. Сложным. Очень. «Компик» глючил, зависал, клавиша Delete от того, что на ней отстукивалась чуть ли не азбука Морзе, западала, как пуговка «до» первой октавы на детском Майином баяне, на котором она по вечерам наигрывала русские и украинские народные песни.

Оказалось, что молчать день за днем – просто непереносимо. Речь – была главным Майиным рабочим инструментом: бесчисленные переговоры в России и разных странах, интервью, речи, дискуссии в национальных и международных жюри, ассоциациях, конфедерациях, правительственных комиссиях, министерствах и ведомствах и т.п. и т.д., и далее — везде.

Не скоро, постепенно молчание стало привычным. Ей вполне хватало разговоров с двумя кошками, которые мурлыкали от счастья, что можно часами сидеть в засаде на мышек и даже принести пойманных в знак благодарности своей хозяйке. Она пересвистывалась с заливающимися трелями соловьями, переквакивалась с лягушками, куковала вместе с кукушками…

Господи, как же я рада: могу распоряжаться своим временем как хочу, идти куда хочу, делать все, что захочу, – упивалась свободой Майя.

Она копала, рыхлила землю, сажала, поливала, полола, ходила босиком, не пряталась от дождя, таскала тяжести и зверски уставала. Она все перемыла, перетерла, разложила и расставила по своим местам, выдраила,как матрос палубу, деревянные полы в доме, на веранде и бане.

Ела дважды: в обед и вечером. Радовалась вкусному подмосковному хлебу, сыру, творогу, крапивному супу, салатам из сныти и одуванчиков, молодому редису, зеленому луку, ядреному чесноку.

Земля – кормилица, – сидя на любимой веранде и любуясь грядками и клумбами, думала Майя. Вспоминала бабушку и родителей и с любовью сформировала на рабочем столе компьтера папку под названием «Родители и прародители».

День за днем, час за часом ненужное исчезало, нужное оформлялось должным образом, высвобождая много свободного пространства для новых папок с красивыми названиями «Мои цветы», «Лекарственные травы», «Лес», «Река», «Мой урожай» и др.

И появились силы, и ушла, просто исчезла бессонница! Весна пронеслась в трудах, как юркая быстрая пташка, и наступило лето. Наступила радостная пора дальних походов в лес, на Москва-реку, в поля…

Ей встречалось столько удивительного, Майя радовалась всему новому, как щенок. Казалось, что если бы у нее был хвостик, она бы им от восторга виляла при виде таких чудес, которыми излечивает природа.

Вот теперь, после удаления ненужного, можно приступить к перезагрузке моего «компика», — Майя решила, что она вышла на новый уровень и обет молчания сняла, а епитимью трудом оставила.

На некоторые дачи приехали в отпуск семьи, зазвенели детские голоса, застучали молотки, запахло шашлыками. Многие захотели с Майей общаться, но она теперь избирала только тех, кто был ей приятен и не напрягал.

Она подружилась со сторожем – таджиком, две дачных дворняжки Буч и Бим сопровождали ее во всех походах, если она забредала в лесу слишком далеко и теряла ориентир, командовала им «Домой», и они коротким путем выводили ее прямо к дому.

Она подружилась с некоторыми жителями ближайшей деревни и они щедро задаривали ее яблоками, делились своими секретами о грибных местах.

Муж удивлялся ее переменам: она каждый раз встречала его, распахнув дачные ворота, он въезжал, выходил из машины с кучей разных гостинцев.
Майя улыбалась и приговаривала: «Заждалась Вас, Хозяин, уж соскучилась», — обнимала и целовала, провожала к столу со своей правильной, здоровой, не наспех по-московски приготовленной, стряпней.

Время покажет. По крайней мере, у Майи всегда под рукой любимая клавиша «Delete». В этот раз для перезагрузки ей понадобилось около пяти месяцев напряженного труда.

Недавно мы встречались с ней в Москве. Она постройнела, похорошела. В конце встречи сказала мне: «Знаешь, а ты с перезагрузкой не тяни, ее надо делать вовремя, можно опоздать. Я не удержалась и спросила: «Майя, а может ты начала терять вкус Жизни и поэтому все это и затеяла?».

Майя тут же включила чувство юмора и, прищурив кошачьи зеленые глаза, произнесла: «Вот я нахожусь в недетородном периоде. Благодаря сделанной перезагрузке я вышла на новый уровень. И знаешь, как я его называю? Уровень свободного развития личности. Почему? Потому, что у меня много свободного времени на то, что бы быть собой, чтобы успеть подарить много любви и близким, и далеким.

*****
Через несколько дней после возвращения в Москву Майя начала заниматься с детьми в сиротском отделении неврологии одной из городских больниц. Добираться ей далеко, сначала на электричке, затем на метро, потом пешочком. Она не жалуется.